Кто заправляет «Ювенальной юстицией» в Москве?

«Ювенальной юстицией» в Москве заправляют «нацмены»

Статья, рассказывающая о том, что с 1 мая в Москве в полном объеме вводится пресловутая «ювенальная юстиция». А если точнее – институт «социального патроната», который дает соответствующим службам право бессудно изымать детей из любой семьи, вмешиваться в жизнь любой семьи, причем в инициативном порядке, без каких-либо заявлений, жалоб или сигналов неблагополучия со стороны самих детей, школы, врачей или соседей. Меня в этой статье больше всего поразили фамилии чиновников, которые выступили спикерами по теме, и которые будут заправлять этим произволом в Москве. Это Владимир Петросян, глава Департамента социальной защиты населения г. Москвы, и его заместитель Алла Дзугаева. Таким образом, если на Западе институт «ювенальной юстиции» служит укреплению тотального контроля государства за гражданами, то в России, похоже, его собираются превратить в инструмент террора и геноцида против русского большинства. И дело тут не в том, что данные конкретные «Петросяны» и «Дзугаевы» лично плохие люди, а в том, что, будучи членами диаспоры, они будут работать на диаспору, делать то, что укажет им диаспора, и покрывать любые преступления членов диаспоры.

Советую прочитать эту статью. Одна из главных «фишек» этой системы: изъятых детей будут отдавать в специальные «профессиональные приемные семьи, которые будут получать и зарплату, и выплаты на содержание ребенка». Зарплата планируется в размере 20 тысяч в месяц за ребенка, – это не считая собственно «выплат» на содержание ребенка, других бонусов и льгот. То есть, если такая семья возьмет 5 детей, это уже 100 тысяч. А с «выплатами» эту сумму можно смело удвоить. Хороший способ «пристроить к делу» родных человечков из диаспоры! Впрочем, можно заподозрить, что с этими деньгами произойдет то же самое, что с формально высокими зарплатами дворников в московском ЖКХ (по 30 тысяч и больше). Т.е. на руки «усыновители» получат от силы треть, а остальное присвоят себе чиновники. Детей при этом, вполне возможно, будут морить голодом и избивать, а любые жалобы отметать при помощи собственных «компетентных экспертов» («ребенок имеет склонность к нанесению увечий самому себе»). Заодно появится хороший стимул для шантажа родителей («возвратим или перестанем истязать ребенка в обмен на квартиру» и т.п.). Кстати, родители, у которых временно или постоянно отберут детей, будут еще и платить алименты, что дает чиновникам дополнительный стимул оставить в покое нищих алкашей и развернуть охоту на благополучные зажиточные семьи.Этот бизнес можно сделать и более эффективным: никто не мешает «ювенальщикам из диаспоры» надергать из семей девочек 12-14 возраста и организовать на базе «приемной семьи» педофильский мини-бордель. Что, думаете, люди будут жаловаться, пойдет «волна»? Ну так специально на этот случай педофильское лобби в Госдуме на днях продавило закон, фактически запрещающий СМИ и социальным сетям распространять информацию о случаях педофилии. 1 мая ювенальщик из числа «темпераментных гостей с юга» заявится к вам домой (имеет право, если у вас есть дети!), заберет вашу дочь (просто по произволу, без всякого судебного решения!), поместит ее в свой притон, а вы даже не сможете написать об этом в блоге. СМИ и блоггеры, которые захотят привлечь внимание к вашей трагедии, будут оштрафованы на колоссальные суммы, а вся информация будет внесена в реестр запрещенных страниц и удалена. Все останется шито-крыто, и высокопоставленные педофилы смогут сохранить репутацию.

Что, вы не пустите ювенальщика на порог? Он имеет право похитить вашего ребенка в школе или по дороге в школу, на концерте, в зоопарке, а от милиции «отмажется», показав «корочку» «Центра содействия семейному воспитанию». Все мы знаем, что, имея нужные связи, в России можно достать любую «корочку». После 1 мая, заметив, что из джипа выскочили «гости с юга» и стали заталкивать в него шедшую по дороге девочку, срывая с нее одежду и расстегивая ширинки, не спешите звать на помощь полицию. Вполне возможно, что эти «гости» обзавелись нужными «корочками», и вас же потом упекут за решетку за «препятствование законным действиям представителей власти».

Источник

Москва вводит социальный патронат с 1 мая

Несмотря на… , или «Ювенальная юстиция, здравствуйте!»

     Ювенальная юстиция потихоньку становится реальностью. Так сказать, воплощается во исполнение Национальной стратегии действий в интересах детей. Публичные протесты родительской общественности принимаются к сведению. Они могут отражаться на прохождении законов через Госдуму, но никак не отражаются на ведомственной работе внизу. Последняя осуществляется в соответствии с многочисленными рекомендациями, инструкциями и другими совершенно непубличными документами, написанными ювенальным языком, с соответствующей терминологией, универсальными базовыми принципами и планируемыми результатами. Семья планомерно берётся под тотальный внешний контроль.

    В Москве с октября 2012 года ювенальная деятельность сосредоточена в компетенции одного ведомства – Департамента социальной защиты населения г. Москвы. Заниматься ею на местах будут 119 районных управлений Департамента. Они будут действовать в рамках «новой модели работы в области социального сиротства». Где-то в недрах Департамента существует «Дорожная карта по профилактике социального сиротства и развитию семейного устройства детей, оставшихся без попечения родителей». Её представили общественности, чтобы потом не было упрёков. Но – своей, карманной общественности. Сначала создали «Общественный совет по защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей». А потом этому совету показали «Дорожную карту» и получили общественный «одобрямс».

    Главный упор в «Дорожной карте» делается на «организации работы по раннему выявлению детского неблагополучия». Эта работа должна «быть системной, строиться не по заявительному принципу, как это происходило до сих пор, в ожидании, когда семья обратится за помощью сама». То есть теперь именно люди Департамента будут заниматься активным выявлением неблагополучных семей и навязыванием им социального патроната. Это станет «главной задачей сотрудников центров и отделений социальной помощи семье и детям». Вот так. Главная задача социальной помощи – выявление неблагополучия. Оруэлловский «новояз» входит в нашу реальность. Помните его «министерство мира» из «1984», которое занималось войной? Аналогия полная.

   Что же потом будут делать с выявленным неблагополучием? Его будут обрабавтывать «многофункциональные центры содействия семейному воспитанию». Их планируется 33 штуки – по 3 на каждый округ. Предлагаю оценить название – центр содействия семейному воспитанию. Семейное воспитание перестаёт быть собственным делом семьи. За плечами родителей возникает контролирующая и направляющая структура. Перед которой родителям придётся отчитываться – в соответствии с условиями подписанных ими бумажек. А если что не так…

    В многофункциональных центрах будут организованы группы детей как постоянного, так и временного проживания. С условиями, «максимально приближенными к семейным». (Интересно, как следует понимать эту фразу?) Владимир Петросян, глава Департамента, так видит назначение подобных групп: «вопреки сложившейся практике, теперь основная задача таких учреждений будет заключаться не в содержании детей, а в активной работе по возвращению их в кровные семьи, если это возможно, либо определению в замещающие семьи».

     Прогресс не стоит на месте, сегодня уже отдать ребенка в другую семью могут и без лишения родителей прав. Разнообразие форм семейного обустройства обширно. На заседании Общественного совета г-н Петросян высказался так: «Наша главная, генеральная задача – максимально содействовать тому, чтобы каждый ребенок рос в семье, чтобы каждый маленький человек, оставшийся без кровных родителей, мог найти новую семью. Сделать все возможное – и даже невозможное! – для того, чтобы дети росли в семьях. И не важно – патронатная это будет семья, приемная или опекунская.» Не важно, какая семья.

     Вырисовывается такая ювенальная схема: выявили ребёнка, изъяли «на время» (без лишения прав), поместили в патронатную («замещающую») семью. Для того чтобы маховик крутился, таких семей, куда можно было бы пристроить ребёнка на время и – главное! – под отчёт, должно быть достаточно много. Поэтому Департамент не будет довольствоваться лишь поступающими заявлениями, а сам станет искать будущие замещающие семьи. «Должен осуществляться профессиональный рекрутинг семей, готовых взять на воспитание подростков, детей с ограниченными возможностями развития и инвалидов» – это слова зам. главы Департамента Аллы Дзугаевой. Как всегда, инвалидов используют для прикрытия, чтобы нововведения выглядели более презентабельными.

     На самом деле речь идёт о достаточно общей схеме. Владимир Петросян описал ее следующим образом: «Мы рассчитываем на профессиональные приемные семьи, которые будут получать и зарплату, и выплаты на содержание ребенка. С ними заключат гражданско-правовой договор возмездного оказания услуг, время работы засчитают в общий трудовой стаж. В новой модели ставка сделана на такие формы семейного устройства, как возмездное попечительство, сопровождаемое проживание, патронатное воспитание. А чтобы избежать возвратов сирот в детдома – это страшная травма и для ребенка, и для приемной семьи, будем обучать будущих профессиональных родителей-воспитателей по специальной программе. Как в космонавты. После обучения им выдадут сертификат». Сироты, о которых тут речь, это – социальные сироты, то есть любые дети, втянутые ювенальной машиной. Ещё стоит отметить, что хотя г-н Петросян сделал упор именно на приёмных семьях, данная схема касается не только их. Он сам же упомянул патронатное воспитание… Платить будут по московским меркам, может быть, и не много, но и не мало – за подростка, например, предполагается платить 20 тыс. руб. в месяц.

    Новая модель станет реальностью с 1 мая 2013 года, когда по ней заработают первые 58 районных управлений Департамента.

    Не надо ожидать, что специалисты по социальной работе, уже 1-го мая придут в «нормальные» семьи. Конечно же, нет. Работа системы начнётся с действительно неблагополучных семей. Вернее, с тех, неблагополучие которых сегодня легко может быть признано общественным мнением. С детей алкоголиков, например. И когда социальный патронат доберется до нас с вами, он также будет осуществляться в рамках общепринятого понятия неблагополучия. Только под него будем попадать и мы. Об этом позаботятся.

     Стоит ещё раз сказать, что главной целью подобных инноваций является не благополучие детей (хотя, безусловно, многие участвующие в процессе руководствуются именно этим), а установление внешнего контроля над семьями. И семья, которая, так или иначе, будет подключена к контролю, окажется предпочтительнее, чем та, которая будет от контроля свободна. Прежде всего, в разряд подозрительных попадают нормальные родные семьи.

    Так шаг за шагом строится система тотального контроля, в которой ювенальная юстиция является одним из элементов – необходимым и важным.

источник: www.culturolog.ru

Как соцслужбы получают бонусы за отбирание детей для последующего усыновления. Великобритания.

Статья особенно актуальна сейчас, когда, на фоне изменений в политике государства в отношении детей, семей и детей-сирот, происходит резкое изменение законодательства. Под "профилактикой сиротства" самым очевидным образом протаскивают ювеналку и вообще много зла, которое должно поспособствовать разрыву традиционных связей между членами семьи, между родителями и детьми, между мужчиной и женщиной с дальнейшей сменой парадигмы.

И пусть станет очевидно, что тот ужас, который наползает на наше общество, уже с головой покрыл Запад. Просто там существует запрет на разглашение любой информации, которая касается детей, оказавшихся в такой ситуации. А о том, чтобы передать эту информацию журналистам и вообще невозможно помыслить – отправляешься в психушку.

Кстати, закон о неразглашении информации в отношении ребенка, против которого совершено преступление, уже в первом чтении принят в Думе. Просто те, кто принимает законы, не читают такие статьи.

СЬЮ РЕЙД
«Дейли мейл»
Национальный позор: количество детей, отобранных у своих матерей и отданных на усыновление, стремительно растет.
Для матери не может быть большего ужаса, чем похищение ее ребенка Государством при рождении. Женщины, с которыми это случилось, говорят, что их жизнь разрушена навсегда – и только Бог один знает, как отразится это на ребенке впоследствии.

Большинство никогда не отойдут от этой травмы.

Представьте, что вы носите ребенка в своем теле в течение девяти месяцев, представьте эмоции, которые вы испытаете, подарив ему жизнь, только для того, чтобы социальные работники захватили новорожденного, иногда в течение нескольких минут после его первого крика и часто по самым незначительным предлогам.

Тем не менее этот ужасающий сценарий отыгрывается ежедневно.

В настоящее время в день изымается под опеку для последующего усыновления в среднем почти четыре младенца до одного месяца (за 10 лет эта цифра увеличилась на 300%).
В целом 75 детей всех возрастов еженедельно изымается у своих родителей в приют до передачи в новые семьи.
Некоторая часть из них может отдаваться на усыновление добровольно, но критики политики Правительства убеждены: подавляющее большинство детей изымается принудительно.

Снова и снова матери утверждают, что они невиновны в причинении вреда своим детям. Безусловно, есть люди, которые не способны быть родителями, и государство обязано защищать их детей. Но за пять лет изучения скандала, связанного с насильственными усыновлениями, я обнаружила глубоко засекреченную систему, которая слишком часто имеет предубеждение против, в сущности, хороших семей.

Мне рассказывали о повсеместной нечестности социальных работников и сомнительных доказательствах со стороны докторов, которые несправедливо судили матерей.Между тем, миллионы фунтов налогоплательщиков передавалась местным управам, чтобы стимулировать достижение высоких целей Правительства по усыновлению детей.

В 2000 г. рамках Новой трудовой политики, Тони Блэр на 50% повысил плановые показатели по количеству усыновлений до 5400 детей в год. Ежегодное число усыновлений в Англии и Уэльсе в настоящий момент достигло почти 4000 – в четыре раза выше, чем во Франции, которая имеет примерно такое же население.
Блэр пообещал миллионы фунтов местным управам, которые смогут достичь целевых показателей, и некоторые уже получили более 2 миллионов фунтов каждая в награду за успешно проведенные усыновления. Цифры, опубликованные недавно Департаментом по вопросам местного самоуправления и взаимодействия с районами, показывают, что двум графствам – Эссекс и Кент – было предложено 2 миллиона фунтов в качестве «поощрения» за три года, чтобы стимулировать дополнительные усыновления.

Четырем другим – Норфолк, Глокестершир, Чешир и Хэмпшир – был обещан дополнительный миллион. Такая широкомасштабная реорганизация была задумана ради благих целей: найти старшим детям, которым трудно подобрать семью, новых родителей.

Но реформы не сработали. Поощренные обещанием дополнительной прибыли, социальные работники стали обращать внимание на симпатичных детей от 1 до 3 лет, которых легче всего определить в приемные семьи, оставляя при этом менее востребованных старших детей на попечении государства.

В результате количество усыновляемых детей старше семи лет резко упало наполовину.

Критики – в том числе семейные юристы, члены парламента и акушерки, а также пострадавшие семьи – называют случаи, когда дети выбираются социальными работника еще до рождения, чтобы заработать бонусы. Что еще более ужасно, некоторым родителям социальные работники говорили, что они должны быть лишены детей потому, что когда-нибудь в будущем, они, возможно, будут с ним жестоко обращаться.

Сын одной женщины был отобран и усыновлен на том основании, что якобы есть вероятность того, что она будет кричать на него, когда он станет старше.

В Шотландии, где официально плановые показатели приняты не были, усыновления составляют лишь долю от того количества, которое присутствует в Англии и Уэльсе, даже с учетом меньшего населения. Ибо центром этой системы усыновления являются семейные суды, слушания в которых проходят за закрытыми дверями, дабы сохранить в тайне имена детей, чьи судьбы решаются.

Однако такая секретность угрожает вековой традиции британской судебной системы – принципа, по которому люди считаются невиновными, пока не будет доказана их вина при полном отсутствии обоснованного в ней сомнения. С момента, когда матери впервые предъявляется обвинение в несостоятельности как родителя – решение об этом практически всегда принимается социальным работником или врачом – система уже настроена против нее.

В семейных судах нет присяжных, только единственный судья или тройка мировых судей, которые принимают решения, основываясь на «балансе вероятности». И, что самое главное, культ секретности судов означает, что если социальный работник солжет или сфабрикует сведения, или медицинский эксперт допустит ошибку в доказательствах, никто не узнает об этом и виновный не понесет заслуженного наказания.

Только работа службы национальной безопасности, MI5 (военная разведка – прим. пер.), охраняется так же тщательно, как слушания в семейных судах.

С момента, когда имя ребенка впервые фигурирует в приказе о передаче под опеку социальных служб, до дня усыновления, родители считаются нарушителями закона – преступление наказывается лишением свободы – если они расскажут кому-нибудь о том, что происходит с их семьей.Любой разговор с соседом или письмо другу может кончиться для них тюрьмой.

И многие были отправлены за решетку за нарушение судебного постановления рассказом о своем случае.

Как говорил членам парламента г-н Манби, судья Высокого суда, в прошлом году: «Отсутствие доступа СМИ и общественности к тому, что происходит в судах, где судьи, день за днем, изымают у людей их детей, – это преступная практика». Однако рождают несправедливость в нашей системе усыновления не только секретные и не доступные для общественности семейные суды.

Есть и другой фактор, вызывающий большую тревогу. Посмотрите на официальные цифры. Почему они так высоки? Правда ли, что наши матери становятся потенциальными убийцами и мучителями? Или причина поразительного роста количества насильственных усыновлений лежит в финансовых бонусах, предлагаемых местным управам?

Джен Хемминг, либерал-демократ, член парламента, в кампании за изменение системы усыновления, прошедшей вчера, сказал: «У меня есть сведения о том, что ежегодно у своих родных родителей ошибочно изымается 1000 детей, даже несмотря на то, что им не было причинено никакого вреда.

Целевые показатели опасны и ведут к тому, что социальные работники проявляют слишком много рвения. Закрытость системы позволяет ей скрывать любые ошибки и преступления. Напрашивается вопрос: если ожидается, что мать будет иметь проблемы с уходом за ребенком, почему бы Государству не помочь ей вместо того, чтобы забирать у нее дитя?»
Обеспокоенному депутату вторит Ассоциация за улучшение охраны материнства (AIMS), организации, которая дает консультации молодым матерям.

Беверли Бич, представляющая Ассоциацию, настаивает: «Младенцы отбираются у матерей социальными работниками без всякого повода. У нас есть серьезные основания подозревать: это связано с тем, что младенцам и детям до трех лет легче найти семью, нежели детям старшего возраста. Они – товар легкого сбыта. Мне известно о социальных работниках, сочиняющих истории о невиновных матерях, только для того, чтобы обеспечить изъятие их детей на усыновление.
Подходящие дети «бронируются» даже будучи еще в утробе матери. Одного ребенка социальные работники насильно изъяли в родильном отделении еще до того, как мама родила плаценту, т.е. до окончания процесса родов».

Возможно ее слова слишком эмоциональны. Но не так ли это?

Полгода назад я написала статью о молодой паре – их имена я не должна называть по закону о семейных судах – борющейся за возвращение их трехлетней дочери. Ее отобрали в первые недели после рождения и вот-вот должны усыновить.
Поразительно, что судья издал драконовский приказ, запрещающий им раскрывать кому-либо вообще любую информацию, с помощью которой можно было бы идентифицировать их дочь, до ее 18-летия в 2022 г. Сразу после публикации этой статьи ко мне обратились 35 семей, чьи дети были насильно изъяты. Письма и электронные сообщения продолжают приходить – поступая от широкого круга семей всех социальных слоев (включая замок в центре Англии).

В электронном письме от одного отца говорится: «Пожалуйста, пожалуйста, помогите, СЕЙЧАС. Мы вот-вот потеряем сына… завтра суд об окончательном изъятии перед передачей на усыновление… мы не сделали ничего плохого».

Другой отец, назвавшийся «Джеймсом», позвонил, чтобы сказать, что их с женой ребенок был одним из восьми, изъятых социальными работниками из родильного отделения больницы в одном из маленьких районов северо-востока Англии в течение двух недель прошлого лета.

Мужчина из Уэльса жаловался на то, что его внук трех недель от роду был «забронирован» социальными работниками для насильственного усыновления. Матери ребенка, в возрасте 21 года, имеющей легкое расстройство способности к обучению, было сказано, что она может, всего лишь может, получить послеродовую депрессию и, как следствие, не будет заботиться о ребенке. К ее ужасу, социальные службы Монмутшира отобрали ребенка в первые минуты после рождения.

Дедушка говорит: «Вся наша большая семья – в которой есть две медсестры, квалифицированная няня и полицейский – предлагают помощь в уходе за ребенком.Я думаю, что мой внук был выбран для усыновления, еще находясь в утробе матери».

Женщина из Воркестершира рассказала о том, что ее новорожденная дочка была похищена тремя полицейскими и двумя соцработниками, которые пришли к дверям ее дома. Сейчас девочку удочерили.Несостоятельность матери? Ей сказали, что она слишком молода и не справится. Тем не менее – немногим более чем через год – она родила еще одного ребенка, мальчика, которого ей разрешили оставить, в том же доме и с тем же мужчиной.

Так почему же она должна была потерять свою маленькую дочь?

Бабушка эмоционально объясняет: «Вся семья откликнулась и предложила помощь в уходе за моей внучкой, но всем им было сказано, что они не достаточно хороши для этого. Социальный работник сказал нам забыть ее. Он сказал: «Она для вас в прошлом. Мы думаем, что они с самого начала хотели забрать ее, чтобы отдать на усыновление».

И нет ничего удивительного в том, что тысячи других родителей, желают радикального реформирования бессердечной, жестокой системы усыновления, которая разделила так много семей – и продолжает делать это.

Перевод Наталии Мартыненко

 

На правах рекламы. Пигменты для татуажа

Поделитесь своим мнением
Для оформления сообщений Вы можете использовать следующие тэги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

© 2017 Кто ты? Откуда ты? Куда ты идешь?  Войти