Амфетамины

В Америке и Европе после запрета кокаина пактом Гаррисона в 1914 году его распространение продолжалось, но стало таким же опасным для торговцев, как распространение героина и морфия.

Однако кокаиновый бум, первая кокаиновая эпидемия подтолкнула не только богемную и наркотическую среду. Медицинская мысль начала интенсивный поиск новых безвредных психостимуляторов. Они были нужны для лечения повышенной сонливости (нарколепсии), апатии и чувства усталости, которые приобрели глобальные масштабы после Первой мировой войны.

В поисках психостимулятора ученые обратили внимание на вещество, синтезированное еще в конце XIX века. Это вещество называлось амфетамин и представляло собой химическое производное молекулы эфедрина.

Свойства производных эфедрина как психостимуляторов были открыты отнюдь не в XIX веке. Китайцы обнаружили эфедрин и описали его наркотические свойства более 5000 лет назад. Конечно, в Древнем Китае эфедрин получали из растительного сырья, процесс его производства, по понятным причинам, мы здесь не описываем.

После того как кокаин был запрещен к употреблению, амфетамин и некоторые его химические соединения заполнили эту нишу в медицине. Кроме описанных болезней, ими пытались лечить простуду, некоторые желудочные заболевания. Препараты пробовали использовать для лечения детей, страдающих неспособностью концентрировать внимание.

Таблетки и уколы амфетаминов приводят к опьянению и зависимости, очень похожей на кокаиновую. И кокаин и амфетамины могут при регулярном приеме вызвать специфическое возбуждение, в состоянии которого человек способен сутками не спать, практически не есть и какое-то время непрерывно, как заводной механизм, продолжать действовать.

Психостимулирующие свойства амфетаминов использовали все воюющие стороны во Второй мировой войне. Знаменитые японские люди-торпеды, камикадзе, отправлялись на свое последнее задание, предварительно получив колоссальную дозу одного из амфетаминов.

В Красной Армии, под влиянием западного опыта, спецслужбами широко использовался декстроамфетамин. Только после окончания войны стало ясно, что амфетамины обладают практически всеми свойствами кокаина, только психическая зависимость от них появляется гораздо быстрее. Она формируется порой после первого или второго приема наркотика.

Острые эффекты приема амфетаминов (собственно опьянение) ничем не отличаются от острых эффектов приема кокаина. В американском эксперименте большинство наркоманов после внутривенной инъекции не смогли отличить, какой именно наркотик они приняли — кокаин или амфетамин.

Существует одна-единственная разница — амфетаминовое опьянение длится гораздо дольше. Продукты распада начинают выводиться с мочой только через 6—12 часов после приема очередной дозы, именно столько времени будет продолжаться наркотический «кайф». Продукты распада наркотиков будут находиться в организме еще в течение 3—4 суток.

Однако, с точки зрения самого наркомана, период опьянения все равно пролетает слишком быстро. Выраженный прилив сил, бодрости и энергии длится несколько часов и заканчивается еще более резкими и неприятными, чем после приема кокаина, переживаниями депрессии и апатии.

Человеку хочется вернуться обратно в крайне приятное состояние. Для этого ему нужно еще раз уколоться или принять таблетку. Но предыдущая доза наркотика еще не исчезла из организма, его содержание в крови еще достаточно высоко.

Зависимый от амфетаминов человек делает себе подряд несколько уколов или повторно принимает таблетки, возбуждение растет, пока, не переходит в специфический психоз, эпилептический припадок или смерть.

Достичь состояния блаженства, которое вызвал первый укол, амфетаминовому наркоману не удается точно так же, как и в случае приема любых других психостимуляторов. Главное правило недостижимости предыдущего уровня удовольствия и здесь полностью остается в силе.

Ветераны войны, познакомившиеся с амфетамином во время боевых действий, довольно быстро стали распространять знания о нем, что вызвало амфетаминовые эпидемии в Японии, Германии и Швеции.

Именно слухи о военном стимулирующем препарате и привели отечественных химиков к созданию самодельных психостимуляторов на основе эфедрина, которые мы знаем сегодня под названием «первитин» и «эфедрон». Молекула первитина представляет собой что-то вроде «недоделанной» молекулы того же амфетамина.

Разница в них обусловлена только различным путем введения наркотика в организм. Первитин вводится внутривенно, амфетамины имеют таблетированную форму и чаще всего принимаются как аптечные таблетки, хотя эти таблетки растворимы в воде, и многие наркоманы за рубежом через некоторое время начинают вводить их внутривенно.

Второе различие чисто психологическое: разные поведенческие и социальные следствия приема схожих наркотиков обусловлены различием культуры и наркотических «традиций» разных стран.

Америка, участие которой в военных действиях Второй мировой войны было ограниченно, не испытала последствий военного употребления амфетаминов. До начала 60-х годов их абсолютно спокойно использовали врачи.

Масштабов эпидемии употребление амфетаминов в Америке достигло к середине 60-х годов, когда врачи стали применять их для лечения зависимости от героина.

Наркоманы просто поменяли наркотик. В сущности, американские врачи полностью повторили ошибку Фрейда, который пытался лечить зависимость от морфия кокаином. Волна злоупотребления амфетаминами, особенно в среде хиппи, пронеслась по всей Америке.

К тому времени в продаже находился целый ряд химических препаратов амфетаминового ряда. Это были бензедрин, декседрин, метедрин, риталин и т. д. Препараты были достаточно доступны. На улицах американских городов появилась масса людей, которых стали называть «скоростными чудаками» (speed freak).

«Скоростные чудаки» стали причиной огромного числа уголовных преступлений. Волна злоупотребления амфетаминами привела к росту насилия. Дело в том, что постоянный прием амфетаминов гораздо быстрее, чем прием кокаина, приводит наркомана в состояние, которое называется стимуляторным психозом. Сами хиппи писали на стенах домов и заборах в 60-х годах: «Скорость смертельна», «Ускорение убивает».

Эти надписи подразумевали отнюдь не смерть самого наркомана… Постоянный прием психостимуляторов приводит к своеобразному состоянию, в котором сочетаются крайняя подозрительность, бредовое восприятие мира (наркоману кажется, что все окружающие его люди состоят в заговоре против него, замышляют что-то недоброе) с галлюцинациями и потерей чувства реальности.

Кроме того, в период опьянения эти люди крайне выносливы физически, практически не чувствуют боли, и остановить их агрессивные действия крайне трудно.

Такое состояние постоянно приводило «скоростных чудаков» к актам насилия самого разного рода, в основном изнасилованиям и убийствам.

Нормальному человеку трудно понять, что бредовой психоз — нормальное последствие постоянного приема амфетаминов. Рано или поздно он развивается у всех амфетаминовых (в том числе и первитиновых) наркоманов. Медики описывают наступающее сумасшествие как естественное последствие (хронический эффект действия) всех психостимуляторов.

Сумасшествие в среде стимуляторных наркоманов становится нормой. Сами понятия разума и культуры выворачиваются наизнанку.

При приеме амфетаминов такие хронические эффекты наступают на несравнимо более ранних сроках злоупотребления ими, чем при приеме кокаина.

Кроме всего прочего, после употребления больших доз амфетаминов человек через некоторое время впадает в глубокий сон, а, проснувшись, находится в состоянии глубокой депрессии. Эта депрессия фактически и является главным проявлением синдрома отмены любых психостимуляторов.

В случае приема амфетаминов депрессия отмены будет гораздо более глубокой и продолжительной, чем после приема кокаина. Связано это с тем, что амфетамины держатся в организме человека дольше, чем кокаин.

Длительное пребывание наркотика в организме обуславливает высокую скорость привыкания к нему и, соответственно, тяжесть синдрома отмены.

Точно так же, как и в случае с кокаином, чтобы выйти из депрессии, зависимый от психостимулятора человек принимает его повторно, в еще большей дозе. Случаи психозов повторяются, и с каждым разом больной становится все опаснее и опаснее для окружающих, так как становится все более и более слабоумным.

Любой стимуляторный психоз представляет собой форму эпилептического припадка или отека мозга. Если человек не умирает при таком психозе немедленно, то в любом случае его нервные клетки отмирают в колоссальных количествах. Каждый такой психоз в результате является крупным «шагом» по направлению к полному слабоумию наркомана.

В Советскую Россию амфетамины в чистом виде проникали в очень небольших количествах. Все ужасы стимуляторов стали нам известны на примере отечественных самодельных аналогов амфетамина — первитина и эфедрона.

Именно поэтому мы подробно описываем варианты психозов. Но, несмотря на это, в отечественной психиатрии известны и случаи чисто амфетаминовых психозов.

В начале 60-х годов был описан случай бывшего дипломата Константина Б., который жил неподалеку от одного из московских вокзалов. Приняв избыточную дозу риталина, он решил, что группа пьяниц, шумевшая на вокзальной площади, составляет заговор с целью его убийства. В распоряжении Константина имелось табельное оружие. До того, как милиции удалось его связать, он успел застрелить четырех человек.

Невероятное количество насилия и смертельных случаев передозировки амфетаминов к середине 70-х годов привели даже самые радикальные группировки западной молодежи к разочарованию в амфетаминах и отказу от приема искусственных психостимуляторов.

В середине 70-х годов амфетамины были запрещены к употреблению практически во всем мире. Однако их существование дало импульс подпольным химическим лабораториям к поиску все новых и новых химических веществ-психостимуляторов.

В нашей стране в последние два года появился порошок нового психостимулятора, который поставщики наркотиков называют «фенамином», а сами наркоманы пользуются словечком «фен». Химическое вещество, содержащееся в этом наркотике, не имеет никакого отношения к распространенному в нашей стране в 50—60-х годах лекарству, которое называлось фенамином.

«Фен» на деле представляет собой смесь нескольких молекул различных амфетаминов с психотропными лекарственными  веществами. Синтезируют «фен» подпольные химические лаборатории в Москве и Санкт-Петербурге. Мифы наркоманов о «фирменном», «голландском» происхождении этого порошка не имеют под собой никаких оснований. Нам ни разу не удалось получить два одинаковых «чека» с наркотиком. Его состав все время разный. Периодически в него входят такие сильнодействующие вещества, как, например, галоперидол.

Дело в том, что закон может запретить использовать в медицине и в химическом синтезе только какую-то конкретную химическую формулу вещества. Однако если в состав химического вещества ввести некое нейтральное соединение, то это будет уже другая химическая формула, и новое вещество формально не будет попадать под запрет закона.

Химики считают, что на данный момент известно более тысячи химических формул разнообразных психостимуляторов амфетаминового ряда. Законодатели во всем мире просто не успевают исследовать вопрос и запрещать каждую такую формулу. Остается только надежда на разум самого человека.

Однако надежда эта слаба. Ведь именно разочарование в амфетаминах привело мир ко второй кокаиновой эпидемии.

Навигация

Предыдущая статья: ←

Следующая статья:

Поделитесь своим мнением
Для оформления сообщений Вы можете использовать следующие тэги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

© 2017 Кто ты? Откуда ты? Куда ты идешь?  Войти