Вероятно, самая древняя система целительства в мире. Шаманизм особенно широко распространен в племенных культурах, которые, развиваясь на значительных удалениях друг от друга, создали системы поверий, поразительно схожие между собой. Шаманом называется человек, который, погружаясь в особое исступленное состояние сознания, обретает способность общаться с оберегающими и помогающими духами и черпать из потусторонних источников значительную силу. Главной целью шаманизма является лечение тела и рассудка. Его используют также для гадания и для обеспечения хорошей охоты и процветания племени или деревни.

Шаманизм представляет собой сложное явление, и его часто ошибочно приравнивают к магии, волшебству и колдовству. Способность впадать в экстатический транс, связываться с духами, исцелять или предсказывать будущее еще не делает человека шаманом.

Данные археологии и этнографии свидетельствуют, что шаманизм существует уже от 20 до 30 тысяч лет. Не исключено, что на самом деле он еще старше и появился на свет одновременно с человечеством. Следы шаманизма обнаружены во всем мире, включая очень удаленные части обеих Америк,
Сибирь, Азию, Австралию, северную Европу и Африку. В соответствии с некоторыми современными теориями определенные формы шаманизма, составившие основу европейского волшебства и колдовства, практиковали кельты и друиды.

Системы шаманизма весьма разнообразны, но все они связаны некоторыми общими чертами. Шаман должен одинаково комфортабельно чувствовать себя в двух реальностях: обычной, повседневной реальности или пробуждающемся мире и в необычной реальности, связанной с сознанием шамана. Проникнуть в необычную реальность можно в состоянии транса, изменяющемся от легкого забытья до глубокой комы. Это состояние позволяет шаману видеть и делать то, что в обычной реальности невозможно. Погрузившись в транс, шаман отправляется в нижний мир, проскальзывая в нору или отверстие в земле. В нижнем мире он узнает причину заболевания пациента и способ его излечения, общается со своими потусторонними хранителями и помощниками. Он может перевоплощаться в этих духов и летать по воздуху. Он делает все необходимое для излечения и может заглянуть в будущее. Когда работа закончена, он проникает из нижнего мира обратно в обычную реальность. Говорят, что шаманы могут также подниматься на небо в призрачных лодках и сидеть верхом на духах лошадей, принесенных в жертву. Для шамана необычная реальность так же вещественна, как и обычная реальность. Предметы, которые он видит, не являются галлюцинациями, они просто внешние по отношению к нашему миру.
Проникновение в эту реальность сознания шамана происходит при помощи барабанного боя, трещеток и танцев, а также, в некоторых сообществах, с помощью галлюциногенов.

Шаманами обычно становятся мужчины, хотя и женщины также могут это, и некоторые из них достигают огромного могущества. В некоторых культурах выбор шамана возлагается на духов. Предполагаемый шаман узнает о своем избрании по некоему овеществленному знаку, например, серьезной болезни, от которой он едва не умирает, но излечивается благодаря своей силе. В других культурах человека, обладающего задатками шамана, выделяют в ранней молодости, обучают, а затем проводят через обряд посвящения.

Источником силы шамана становится его дух-хранитель. Его называют также "животным силы", "духом-опекуном" , "животным-тотемом" или "домовым".
Обычно шаман бдит ночью на открытом воздухе, ожидая духа-хранителя. Дух- хранитель появляется, как правило, в виде животного, птицы, рыбы или пресмыкающегося, но может принять и образ человека. Встреча с ним и благодетельна, и благотворна, она открывает шаману доступ к любому могуществу. Шаман призывает духа в свое тело, и он предохраняет его от болезней и враждебных сил из нижнего мира. Через несколько лет духа- хранителя можно поменять, если в этом возникнет необходимость.

После обретения духа-хранителя можно заняться исцелением и прорицанием. Техника исцеления различна. Шаман может собрать духов- помощников, которые являются и причиной болезни, и средством от нее. Они воплощаются в растения, насекомых, червей и прочую мелкоту. В трансе шаман видит причину болезни, после этого он кладет один из предметов в заднюю часть ротовой полости, а другой – в переднюю. Затем он начинает высасывать болезнь из тела пациента. Энергия, вызвавшая болезнь, поглощается духами- помощниками, находящимися во рту шамана и защищающими его от проникновения болезни внутрь его собственного тела. Дух, помещенный глубже, выполняет роль страховки на случай, если первый дух пропустит болезнь.

В других случаях шаман спускается в нижний мир, в царство мертвых, чтобы вернуть душу пациента или найти его духа-хранителя. Иногда шаман изгоняет духов, вызвавших болезнь, при помощи процедуры, напоминающей спиритический сеанс, или уговаривает их покинуть пациента мольбами и лестью.

На западе интерес к шаманизму обострился после выхода в 1951 году серьезной книги Мирче Элиаде "Шаманизм". С тех пор написано большое количество работ по шаманским системам и использованию галлюциногенов и наркотиков (примечание: они используются не во всех шаманских системах). С
70-х годов нашего века некоторые неоязыческие ведьмы и неоязычники смешали свои религиозные и магические церемонии с шаманскими ритуалами. Одной из первых поступила так неоязыческая Церковь Семи Стрел в городе Уитридж,
Колорадо, основанная в 1975 году как церковная конгрегация общей жизни с шаманскими традициями. Церковь Всех Миров в Укайе, в Калифорнии, разработала собственные методы перехода в трансцендентные реальности, используя бой барабанов, песнопения и танцы, пост, воззвания и общение с тотемами.

ШАМАНЫ

Спиритуалистические системы в разных племенных культурах основаны на признании внемировых реальностей, в которых жрец, священник или шаман ищет потерянные души живых, вступает в общение с разными тотемными духами и духами мертвых; в отношении этих реальностей он совершает разнообразные сверхъестественные действия. Шаманизм имеет много общего с западным медиумизмом и сеансами.

Термин "шаманизм" происходит от тунгусского saman и в узком смысле применяется к реальностям обществ Сибири и Центральной Азии; обычно его применяют и к сходным практикам во всем незападном мире. Находки археологов свидетельствуют, что шаманские техники существуют не менее 20 000 лет.

Традиционно человек – обычно мужчина – становится шаманом по наследству или, будучи выбран "сверхъестественными силами". Об их выборе может говорить постигшая его серьезная болезнь, из которой посвященный должен выбраться собственными силами. Во время болезни он учится тому, как выходить в необычные реальности, где он встречает духов и души мертвых, которые помогут ему в его магически-духовной работе. В некоторых культурах шаманы осознают свое призвание во время поисков прозрения, бдений в пустыне, которые представляют собой попытку выведать свою судьбу у сверхъестественных сил.

После уяснения своего призвания шаман проходит жесткий тренинг под руководством старшего шамана. Он проходит инициацию в ритуале символического расчленения, смерти и воскресения; в некоторых случаях деревенские жители воспринимают его буквально как призрака.

Духи, помогающие шаману, имеют много форм, включая животных, птиц, насекомых, рыб, растения или духов умерших. Каждый дух выполняет специальную функцию и помогает шаману выполнять его обязанности. Шаманы также могут иметь духа-хранителя. Будучи призваны к исполнению своих функций, – а это главным образом лечение и гадание, – шаманы входят в неординарную реальность посредством использования таких техник, как бой в барабан, трещотки, монотонные песнопения, танцы, посты, сексуальное воздержание, потогонные ванны, пристальное вглядывание в огонь, концентрация на воображаемом или изоляция в темноте. В некоторых обществах применяются психоделические средства.

Войдя в состояние транса, шаман приобретает дар ясновидения и умение видеть духов и души, а также медиумическую способность общения с этими реальностями. Он может восходить на небеса и выступать посредником перед богами или же нисходить в преисподнюю, в земли мертвых, где обретаются потерянные души. Считается, что похищение или потеря душ живущих являются причинами многих болезней. Исцеление может принести только возвращение душ.
Другим лечебным средством является "вытягивание" расстройства или болезни с помощью духов шамана.

Шаманы, как и некоторые медиумы, используют трюки, требующие ловкости рук, особенно при изгнании болезней. Они используют предметы, например, камни или куски кости, которые объявляют причиной болезни, а потом зажимают их в руке, дабы принудить их к "магическому" исчезновению. Некоторые шаманы утверждают, что ловкость рук не имеет ничего общего с настоящим исцелением, но нужна лишь для того, чтобы доставить пациенту и очевидцам
"свидетельство" излечения. Подобно западным медиумам, многие шаманы демонстрируют свои способности на сеансах, которые проходят в затемненных местах, например в палатках. Иногда их связывают по рукам и ногам, чтобы не допустить трюкачества. Сеансы сопровождаются пением. Явления духов дают знать о себе духовными голосами, стуками и другими шумами, всплесками полтергейстов, раскачиванием тента, движением предметов, которых никто не касается, парением предметов. Шаман без всякого ущерба для себя берет руками горячие угли, говорит на разных языках (глоссолалия) и вызывает вой животных ("голос" духовных помощников).

Что касается помощи шаманам со стороны духовных помощников, то их роль аналогична функциям "хозяев" западных медиумов; однако они гораздо более деспотичны и оказывают гораздо более сильное воздействие на подконтрольное им человеческое существо. Духовные помощники диктуют шаману, как он должен одеваться и жить и что он будет делать. Традиционно считается, что если человек будет пренебрегать их инструкциями, то союз с ним сделает их несчастными и они могут убить его.

Еще одной чертой сходства между шаманскими и западными сеансами является вера в то, что дестабилизация состояния шамана или медиума до окончания сеанса – например, путем включения света или вмешательства в общение с духами – угрожает его жизни.

Существуют и различия. Некоторые шаманы во время сеанса не впадают в состояние транса. В целом сеанс энергетически обогащает и стимулирует шамана, тогда как западного медиума – обычно истощает. Прежде чем стать шаманом, человек чаще всего должен пройти долгий и болезненный путь, что является скорее исключением для медиума. Шаманы отчуждены от повседневной жизни своих общин и рассматриваются как часть другого мира. Некоторые мужчины-шаманы даже духовно изменяют свой пол и берут себе в жены мужчин; они имеют также "сверхъестественных мужей" в потусторонней реальности.
Западные медиумы продолжают вести обычную жизнь.

Западные ученые, которые исследовали феномен шаманизма, пытались разъяснить его отношение к западному медиумизму. Согласно одной теории, шаманов и медиумов связывает существенная общность, восходящая к более примитивной фазе существования человечества.

Related posts:

1. Лиана Аяхуаска. Лиана-аяхуаска — эссенция Мудрости, которую содержат в себе джунгли
2. Галлюциногенные средства в архаических культурах
3. Список традиционных энтеогенов

Чаще всего использование их также связывают с шаманскими практиками. Так нивхские шаманы обязательно практиковали перед и во время обрядов сжигание багульника (ledum palustrel, ledum hypoleucum). Специальный дымокур для этого был неизменным атрибутом шамана наряду с поясом, костюмом и бубном (Отина, 1994, с. 102). Шаманы удэгейцев, ульчей, нанайцев и орочей также использовали багульник во время камланий. Заготовленные заранее сушеные листья они бросали в очаг или на раскаленную сковородку (Брехман, Сем,1970, с. 18: Подмаскин, 1998, с. 57) . Дым воздействовал на психику самого шамана, создавал в закрытом помещении благоприятную среду для проведения сеанса общения с духами, способствуя наступлению массового гипноза присутствующих и шаманского транса.

У айнов перед камланием в горячую золу помещали ветки ели, лиственницы, дикого чеснока и растения с местным названием нутя. Последнее является слабым растительным наркотиком. Тлея, эти растения источали ароматный запах, дым видимо являлся слабым транквилизатором. Шаман перед камланием пил соленую морскую воду, где вымачивались ветки ели и нутя. Наркотический сок растения помогал шаману достичь состояния измененного сознания. В ходе сеанса шаман еще два или три раза выпивал эту жидкость, постоянно поддерживая наркотическое опьянение организма (Спеваковский, 1988, с. 168).

Включенность психитропных и галлюциногенных препаратов в контекст обряда, по-видимому, является доминантной чертой культуры потребления их у народов Дальнего Востока. Наркотический транс и галлюциногенный контакт с миром духов были, судя по всему, основой пищевого использования этих растений. Но на Дальнем Востоке также не было развитого шаманизма, а скорее зафиксирована его ранняя форма.

В последовательной смене магического и шаманского при достижении транса можно проследить определенную тенденцию: чем сильнее наркотик, тем меньшую роль играет шаманский транс сам по себе; чем слабее наркотик, тем большее значение приобретает техника контролируемого транса. В крайних случаях последний приобретает символическое значение, прямой эффект практически не используется. Это становится достаточно хорошо заметно, если рассмотреть использование в лечебной и ритуально-обрядовой практике растений, содержащих наркотические вещества в очень незначительных количествах.

Одним из таких растений является можжевельник (Juniperus L.). Его использовали и используют ныне многие народы в Сибири, причем достаточно однообразно. Дымом можжевельника окуривают. Приятный аромат сгорающего растения, оказывающий расслабляющее и успокаивающее действие на человека, у многих народов Сибири считался очистительным, губительно действующим на злых духов. Так, например, при лечении душевнобольных у нивхов их окуривали дымом от веток можжевельника (Отина, 1994, с. 98). При этом действие дыма осмысливалось не как наркотическое (магическое), а как священное (символическое). Не духи владели растением, а растение через дым влияло на духов, отгоняя их от пациентов, своей собственной природной силой.

Окуривание дымом можжевельника особенно распространено в Южной Сибири. В Туве можжевельник (артыш) является обязательным компонентом ритуально-обрядовой практики. Любое лечение начинается с обряда окуривания – очищения от нечисти. Вообще, любое место, где могут оказаться недобрые силы, обязательно окуривается. Особенно характерно это проявляется в погребально-поминальной обрядности. Так, после похорон юрту обязательно окуривали, во время поминальной встречи родственников с душой умершего шаман обязательно зажигал курительницу с можжевельником (сан) (Дьяконова, 1975, с.49, 60). В работах, посвященных анализу шаманского реквизита в Туве, обычно большое внимание уделяется костюму, бубну, зеркалу и изображениям духов, артышу значение, как правило, не придается. (Кенин-Лопсан, 1987, с.43-77). Тем не менее, лампада с порошком сухих веточек можжевельника или сами подсушенные веточки являются одним из важнейших атрибутов тувинских шаманов. Использование можжевельника в практике тувинских шаманов мне приходилось видеть неоднократно. Шаманский сеанс обычно начинается с окуривания артышем. Шаман зажигает лампаду или поджигает веточку и очищает, прежде всего, себя и инструменты. Делает он это обычно в определенной последовательности обводя лампадой вокруг предмета 3 или 9 раз по солнцу: сначала колотушка, потом головной убор, который сразу после этого надевается на голову, затем бубен, и, наконец, сам очищается, проводя ногами над тлеюшим артышем – три раза левой ногой, затем также правой и снова левой два раза. Клиента перед обрядом тоже очищают, проводя круги по солнцу вокруг лица и сложенных перед ним рук. Если проводится большой обряд, священным дымом очищают подобным образом всех присутствующих. При этом, во время обряда можжевельник постоянно должен тлеть, чтобы он не потух, следит либо сам шаман, либо помощник, выбранный из числа присутствующих. Старший тувинский шаман Сайлык-оол Канчыыр-оол сообщил мне любопытную деталь. Артыш должен гореть постоянно только в помещении, на открытом воздухе это не обязательно. Видимо, ранее дым можжевельника более активно использовали для контакта с миром духов. Мне неоднократно приходилось находиться в помещениях, где курится можжевельник, и испытать на себе его дурманящее влияние. При длительном нахождении в таком помещении, а шаманские обряды как правило длятся несколько часов, наркотический эффект этого дыма может быть очень сильным. Сейчас шаманы используют можжевельник, не задумываясь над его наркотическими свойствами, для них он превратился в символическую природную силу, не персонифицируемую в конкретных образах. В представлении тувинских шаманов артыш помогает контакту с духами, также как такие абстрактные неперсонифицированные понятия как ум, свет, звук, чистота.

Подобную основу имеют представления о слабонаркотических средствах у других народов Южной Сибири. Хакасы также проводили обряд окуривания перед любым лечением и считали дым можжевельника (арчын) очищающим. Хотя гораздо шире среди них было распространено окуривание богородской травой (ирбен) (Thymus vulgaris), наркотическое действие которой похоже на описанные. Окуривая больного лекарь произносил: "Окурившись богородской травой из горы Сумеру,/ Пусть человек очистится от злых сил!/ Пусть дьяволы вернутся в свой мир!" (Бутанаев, 1998, с.240).

Использование слабых препаратов шаманами Тувы и Хакасии вовсе не означает, что они просто не знали сильных. Напротив, именно народам Южной Сибири были известны синтетические, а значит очень мощные психотропные и галлюциногенные средства. Синтетические наркотические средства крайне опасны. Кроме сильного возбуждающего эффекта, быстрого возникновения наркотической зависимости, они легче всего вызывают еще и синдром абстиненции, который заключается в том, что отказ от приема сопровождается нарушением психических функций. Даже сравнительно короткий перерыв может повлечь за собой изменения поведения, повышенную возбудимость, высокую раздражительность, агрессивность. То есть наступает типичная наркомания. Речь идет прежде всего о крепких алкогольных напитках, получаемых путем возгонки продуктов брожения молока или зерновых. Тувинцы и алтайцы издавна готовилу молочную водку – араку. Хакасы знали два крепких напитка – "айран арагазы" – молочная водка и "ас арагазы" – ржаная водка (Бутанаев, 1998, с. 143-149). Видимо начало изготовления этих напитков в Южной Сибири имееет довольно длительную традицию и связано со становлением производящих форм экономики. В.Я.Бутанаев считает, что хмельные напитки на зерновой основе были известны еще предкам хакасов во времена Кыргызского каганата, о них упоминают китайские письменные источники (Бутанаев, 1998, с.149).

Молочная водка – напиток, известный всем скотоводческим народам Южной Сибири, также имеет довольно длинную историю потребления. Уже в эпоху средневековья на поясе каменных изваяний изображали кожаную флягу, похожую на фляги для араки алтайцев, хакасов и тувинцев. Технология изготовления, традиции хранения и употребления араки довольно сходны у всех групп тюрко-монгольского мира и достаточно полно описаны в специальной литературе.

Молочная водка осмыслялась как символическая ценность. Употребление ее не являлось актом магическим, не обеспечивало прямо контакт с миром духов. Тем не менее, семантическая нагруженность ее очень многопланова, она включает в себя все свойства молочных продуктов столь ценимых в мире скотоводов. Употребление араки связано со всеми важными моментами в жизни человека и социума, ее пьют при рождении детей, на свадьбе, похоронах, при встрече гостей и т.д. По сути, потреблением этого синтетического наркотика сопровождается любое состояние праздника, когда обыденность отступает на второй план, а социальные рамки раздвигаются до вселенских масштабов, приближая людей к первозданному миру духов природы. Арака также любима духами, как и людьми, но это ценность не их мира, в отличие от сильных растительных галлюциногенов, применяемых на магической стадии, она не отождествляется с самими духами. Духи принимают ее в жертву, питаясь и очищаясь ею, как и люди, они переживают с ней праздник, испытывая благодарность к людям и символически приближаясь к ним. И в этом состоянии обоюдного выхода за рамки обыденной повседневности проявляются давно забытые способы магического соприкосновения двух миров – человеческого и сакрального. Это остаточные явления именно той древней магической функции наркотиков, которая обеспечила их длительное существование в культурных традициях практически всех народов мира.

Таким образом, роль галлюциногенных и психотропных средств в культовой практике народов Сибири весьма различна и скорее всего соответствует определенным историческим этапам их применения, которые можно реконструировать следующим образом:

1 этап – тестирование – относится к самым ранним этапам освоения Сибири человеком, когда многие растения просто пробовались на вкус в ходе пищевых экспериментов.

2 этап – магическое использование – осознав галлюциногенное влияние препаратов, люди стали использовать их в магических, скорее всего коллективных ритуалах. Не исключено, что к этой эпохе могут относиться "грибные" археологические артефапкты и использование мухоморов народами северо-восточной Сибири, которые так и не перешагнули рубеж этого этапа.

3 этап – реликтовое использование, когда силу психотропных препаратов используют только отдельные люди в ходе ритуально-обрядовой, чаще всего лечебной практики. Именно на этой стадии находились народы Дальнего Востока, эвенки и обские угры.

4 этап – символическое использование. Это и есть собственно шаманский этап, когда наркотическое средства воспринимаются только как символы, они функционально вытесняются из ритуальной практики в зону бытового потребления, где становятся атрибутом праздничного (измененного) состояния социума. Нужно полагать, что подобные этапы проходили в древности, либо проходят до сих пор, все наркотические средства, известные традиционным культурам[4].

Related posts:

1. Галлюциногенные средства в архаических культурах
2. Якутская мифология и шаманы
3. Что такое шаманизм?