Как возник ЛСД Мексиканские родственники ЛСД ЛСД экспириенс и реальность |

Подпишись на RSS

Подпишитесь на RSS, чтобы всегда быть в курсе событий.

Salvia divinorum Шалфей предсказателей

26 июля 2009 · Психоделические растения

Действющим веществом, содержащимся в листьях, является Сальвинорин-А, наиболее сильный из всех известных растительных галюциногенов, относящийся к классу дитерпенов. В 10 раз превосходит по силе псилоцибин и по психотимиметрической активности приближается к LSD. Сальвинорин-А был впервые изолирован химиком Alfredo Ortega в 1982 г. в анализе, не связанном с его психотропными свойствами. Вскоре после этого Leander Valdes, не подозревая об анализе Ortega, также изолировал действующее психотропное вещество S. divinorum. Название “Divinorum A”, данное ему Valdes было заменено на “Salvinorin A”, данное Ortega, в качестве первооткрываетля. Daniel Siebert, занимавшийся популяризацией этого растения в качестве энтеогена, показал содержание сальвинорина-А в листьях до 0,44% (0,15% – 0,2% в среднем).

Метод использования Сальвии (Salvia divinorum) как Оракула

26 июля 2009 · Психоделические растения

Это крайне редкое растение, произрастающее в труднодоступных местах небольшого района Оахака в горах Мексики. Сальвия издавна использовалась индейцами племени Маcатек в ритуальных и лечебных целях, а также для предсказания – дословный перевод названия – “шалфей предсказателей”.

Сан педро Кактус сан педро Воздействие сан педро крайне отличается от ЛСД или псилоцибина – сан педро гораздо менее визуален. Эмоциональное влияние похоже на МДА.

20 апреля 2009 · Психоделические растения

Сан педро: Кактус сан педро Сан педро (san pedro) – это крупный колонновидный кактус. Растёт в Перуанских Андах, на западных склонах, на высоте 9000 футов над уровнем моря и в Эквадоре. Сан педро – выносливый кактус и выносит холодный климат весьма хорошо. Стебли с восковым налетом состоят из 6 – 8 широких ребер. Колючки длиной [...]

Метки

Метки записей

Последние записи

Последние комментарии

18 июня 2009

Альберт Хофманн ЛСД – мой трудный ребенок

Рубрика: Альберт Хофманн.

Существуют переживания, о которых большинство из нас не решаются говорить, поскольку они не вписываются в повседневную реальность и бросают вызов рациональным объяснениям. Это не явления, происходящие вовне, а скорее события нашей внутренней жизни, которые обычно отбрасываются как игра воображения и стираются из памяти. Внезапно, привычный вид окружающего мира преобразуется странным, то ли восхитительным, то ли тревожащим образом: он является нам в новом свете, приобретая особое значение. Такое переживание может быть легким и быстротечным, как дуновение ветерка, или оно может оставить глубокий отпечаток в нашей памяти.
     Одно из подобных откровений, которое я испытал в детстве, навсегда осталось удивительно живым в моей памяти. Это случилось майским утром – я забыл в каком году – но я всегда смогу точно указать то место, где это произошло, на лесной тропинке, на горе Мартинсберг, рядом со швейцарским городом Баден. Когда я прогуливался по свежему зеленому лесу, залитому утренним солнцем, неожиданно все вокруг предстало в необычном свете. Может, это было что-то, чего я не замечал раньше? Может, я внезапно открыл для себя весенний лес таким, каким он выглядел на самом деле? Он сиял необычайно красивым великолепием, честно говоря, как будто стараясь окружить меня своим величием. Я был переполнен неописуемым чувством радости, единства, и счастливой уверенности.
     Не имею понятия, сколько я простоял там, очарованный. Но я помню тревожное беспокойство, которое почувствовал, когда сияние постепенно исчезло, и я побрел дальше: как могло видение, которое было столь реальным и убедительным, столь непосредственным и глубоким – как могло оно закончиться так быстро? И как я мог сказать другим об этом, как того требовала переполнявшая меня радость, поскольку я знал, что нет слов, чтобы описать то, что я видел? Казалось странным, что я, ребенок, видел нечто удивительное, такое, чего взрослые, очевидно, не воспринимали, поскольку я никогда не слышал, чтобы они упоминали об этом.
     Все еще, будучи ребенком, я испытал еще несколько подобных моментов эйфории во время моих прогулок по лесам и лугам. Именно эти переживания сформировали основные контуры моего видения мира и убедили меня в существовании чудесной, могучей и непостижимой реальности, скрытой от обыденного зрения.
     Я был часто озадачен в те дни, мне хотелось знать, смогу ли я, став взрослым, испытывать эти переживания, смогу ли я изобразить их в поэзии или живописи. Но, зная, что я не был рожден поэтом или художником, я решил, что буду хранить эти переживания в себе, такими значимыми, какими они были для меня.
     Неожиданно, хотя едва ли случайно, гораздо позднее, в зрелом возрасте, установилась связь между моей профессией и теми визионерскими переживаниями детства.
     Поскольку я хотел проникнуть в структуру и суть материи, я стал ученым химиком. С раннего детства, питая интерес к растительному миру, я решил специализироваться на исследованиях лекарственных растений. Двигаясь в русле этого рода деятельности, я познакомился с психоактивными веществами, вызывающими галлюцинации, которые в определенных условиях могут порождать провидческие состояния, подобные тем спонтанным переживаниям, только что описанным мною. Самым важным из этих галлюциногенных веществ стал ЛСД. Галлюциногены, как активные соединения со значительным научным интересом к ним, заняли место в медицинских исследованиях, биологии и психиатрии, а позже они, особенно ЛСД, получили также широкое распространение в субкультуре, связанной с наркотиками.
     Изучая литературу, связанную с моей работой, я стал осознавать всеобщее огромное значение визионерского опыта. Он играет главную роль, не только в мистицизме и истории религий, но также в творческом процессе в искусстве, литературе и науке. Более недавние исследования показали, что многим людям визионерский опыт доступен в повседневной жизни, хотя большинству из нас не удается распознать его значение и ценность. Мистические переживания, вроде тех, что оставили след в моем детстве, по-видимому, не так уж и редки.
     Сегодня широко распространено стремление к мистическим переживаниям, к визионерскому прорыву к более глубокой, более всесторонней реальности, чем та, что воспринимается нашим рациональным повседневным сознанием. Попытки преодолеть наше материалистическое видение мира совершаются в различных направлениях, не только приверженцами восточных религиозных течений, но и профессиональными психиатрами, которые перенимают подобный глубокий духовный опыт в качестве основного терапевтического принципа.
     Я разделяю мнение многих моих современников о том, что духовный кризис, охвативший все сферы западного индустриализованного общества, может быть излечен только изменением нашего видения мира. Нам следует перейти от материалистического, дуалистического убеждения, что человек и окружающая среда раздельны, к новому осознанию всеобъемлющей реальности, которая включает в себя воспринимающее "Я", реальности, в которой люди чувствуют свое единство с живой природой и мирозданием.
     Все, что может способствовать такому фундаментальному изменению в нашем восприятии реальности, должно привлекать к себе пристальное внимание. На первом месте среди подобных подходов стоят различные методы медитации, и в религиозном и в светском контексте, которые ставят своей целью углубление осознания реальности при помощи мистического опыта. Другим важным, но все еще противоречивым, путем к той же самой цели является использование свойства галюциногенных препаратов изменять сознание. ЛСД находит подобное применение в медицине, помогая пациентам в психоанализе и психотерапии воспринимать свои проблемы в их истинном смысле.
     Намеренный вызов мистических переживаний, в частности, при помощи ЛСД и подобных галлюциногенов, по сравнению со спонтанным визионерским опытом, влечет за собой опасности, которые нельзя недооценивать. Практикующие должны принимать во внимание некоторые эффекты этих веществ, а именно их способность влиять на наше сознание, на самую глубинную суть нас самих. История ЛСД на сегодняшний день достаточно демонстрирует катастрофические последствия, которые могут наступить, когда глубина его эффектов недооценивается и это вещество воспринимается как наркотик, который можно принимать ради удовольствия. Неправильное и неуместное использование сделало ЛСД моим трудным ребенком.
     Я хочу дать в этой книге полноценную картину ЛСД, его происхождения, его эффектов и его опасностей, чтобы предотвратить злоупотребление этим необычным средством. Я надеюсь в связи с этим подчеркнуть возможности использования ЛСД, которые соответствуют его характерному действию. Я считаю, что если бы люди научились использовать способность ЛСД вызывать видения более разумно, в подходящих условиях, в медицинской практике и в сочетании с медитацией, то в будущем этот трудный ребенок мог бы стать вундеркиндом.

СКАЧАТЬ КНИГУ

Другие посты по теме:

Альберт Хофманн “Мои встречи с Тимоти Лири” В течение последующих двадцати лет ЛСД распространилось в психиатрических и...